Язвы на лице ивана грозного

В наше время мы продолжаем привычно воспринимать царя Ивана Грозного как жестокого садиста. Кто же он на самом деле? Безумный маньяк или дальновидный политик? Настоящий государственник или разоритель городов и убийца мирных жителей? Развратник и алкоголик или образованнейший для своего времени человек и талантливый литератор? В истории так и не нашлось однозначного ответа…

Психиатр О. Г. Виленский считает, что Иван Грозный «был тяжелым душевнобольным с явными признаками шизоэпилепсии, и большинство событий его царствования можно объяснить как следствие безумных поступков самодержавного властителя». Литератор-историк А. А. Бушков противоречит ему: «Кровавыми и жестокими мерами (а других тогдашняя практика просто не знала) Грозный, если доискаться до сути, наводил порядок в государстве».

Впрочем, Н. М. Карамзин совсем не зря заметил, что «характер Иоанна, героя добродетели в юности, неистового кровопийцы в летах мужества и старости, есть для ума загадка…»

Попробуем разобраться в этой «загадке» со стороны традиционного вопроса: какое влияние оказали психические расстройства на его государственную политику? При этом не будем забывать, что времена нашего героя вообще не отличались особым милосердием.

Вспомним хотя бы английского короля Генриха VIII, за годы правления которого было повешено более 70 тысяч человек, в то время как Иван Грозный казнил 3 700 человек, увековеченных в синодиках. Поэтому было бы корректнее не выделять особо факты, связанные с жестокостью и садизмом власти, так как они могли иметь и другое, более понятное для того времени социальное объяснение. Примем во внимание только те симптомы, которые точно свидетельствуют о наличии у царя психического расстройства.

ВЕЗДЕ ВРАГИ

Нельзя считать однозначным наследственное влияние в связи с тем, что отец Ивана IV «имел, как представляется, исключительно гомосексуальную ориентацию», а мать, Елена Глинская, «была блудлива, как кошка». Поэтому остается неясным, кто был биологическим отцом будущего царя. Его масштабная личность в разное время по-разному оценивалась биографами. Многие современные историки видят в деяниях царя проявления мании преследования, но при этом противоречиво признают его в целом вменяемым. Однако наличие бредовых расстройств автоматически делает пациента невменяемым.

Так как же проявлялось психическое заболевание Ивана Грозного и как оно влияло на процесс правления?

Заметные изменения в личности царя, напоминающие психическое расстройство, начали происходить с 1553 года. Неясно, чем они могли быть вызваны – «приступом энцефалита» или сифилисом, но биографы согласны с тем, что эта «болезнь определила все его будущее». В течение нескольких месяцев царь пребывал в состоянии, которое на языке психиатров называется депрессивно-бредовым синдромом. Больной не мог найти себе места, всюду видел врагов, готовых его убить. «Ум покрылся струпьями, – жаловался он, – тело изнемогает, душа болит». К тому же царь резко похудел, у него выпали почти все волосы на голове. Измученный беспричинными страхами помазанник Божий покинул Москву и поселился в Александровской слободе. Постепенно состояние правителя улучшилось, тяжелая депрессия и апатия прошли, поправился он и физически, однако бред преследования сохранялся. В это время для защиты царь и создал войско опричников.

ЖИДКОЕ СЕРЕБРО

Здесь будет уместно привести еще одно важное наблюдение: «После болезни царь пристрастился к потреблению ртути, которая постоянно кипела в котле у него в комнате специально для него» (1).

(1) Грин В. Безумные короли. Ростов-на-Дону, 1997. С. 236.

С помощью ртути – «жидкого серебра» – в те времена лечили сифилис. Неумеренное применение ртутных препаратов приводило к хронической интоксикации – меркуриализму. Это отравление было обнаружено у царя и подтвердилось современным судебно-химическим исследованием фрагментов его костей. Стоит обратить внимание, что меркуриализм проявляется психическим возбуждением, тревожностью, пугливостью и мнительностью.

Вероятно, именно этим «можно объяснить неадекватность, своеобразие и парадоксальные реакции Грозного, мгновенно переходившего от блуда к смирению, от жестокости к покаянию. При передозировке ртути наблюдаются эпилептические припадки, хаотическое психическое возбуждение. Такие припадки, по словам очевидцев, были и у Грозного, во время которых царь приходил “как бы в безумье”, на губах выступала пена или ни с того ни с сего “бесился на встречных”» (2).

(2) Маслов А. Иван Грозный: медицинская биография // Медицинская газета. 21 января 2000. С. 15.

«ЕДВА ПЕРЕНОСИМОЕ БРЕМЯ»

Не следует забывать и о внешнеполитических условиях существования Московского государства, в какой- то мере способствовавших развитию болезненного психического состояния у правителя. Постоянная угроза нападения татар или поляков превращала Московию в осажденную крепость и тем самым стимулировала развитие навязчивых идей о скрытых происках врагов.

Особое мнение высказал историк К. Валишевский, который считал, что при всей своей необузданной вспыльчивости Иван Грозный никогда не сражался с ветряными мельницами. «Он не норманн, а скорее раздражительный, жестокий и коварный монгол… В склонности каяться в своих преступлениях хотели видеть признаки нервной болезни и даже психического недуга. Иван часто впадал в преувеличения, бичуя свои пороки. Но мне кажется, что здесь мы имеем дело с любовью к театральным эффектам».

Управление государством для активной личности с неустойчивыми аффектами не могло быть легким делом. Сам Иван Грозный признавался в «едва переносимом бремени» власти. Можно предположить, что неудачи во внешней политике и постоянные конфликты со своими придворными осложнялись его психическим заболеванием. Царь был подвержен мании преследования и демонстрировал своеобразный «рефлекс бегства» – в тяжелые моменты пытался любыми средствами формально самоустраниться от выполнения политических и общественных функций.

«Власть чувственности» оказалась роковой, под ее влиянием царь становился нервозным, слабовольным психопатом, а на этой почве развивались трусливость и разного рода психопатологические состояния. «В течение всей жизни “естество” царя давало себя знать: оргии и половые насилия, частые браки Ивана (освященных церковью было 5 и 2 без освящения), вечные поиски новых невест при живых женах, неугасимый огонь сладострастия даже в то время, когда страшная болезнь неумолимо превращала Ивана в заживо разлагавшийся труп… – все это неопровержимо свидетельствует, что перед нами типический эротоман…

Иногда он ужасался той пропасти, куда влекут его страсти, и в один из таких моментов самобичевания из-под царского пера вылился кровью больного сердца написанный автопортрет, как всегда не без преувеличения, но с несомненными реальными чертами.

Иван IV в своем “завещании” (1572 г.) сделал печальное признание, что “скаредными своими делы паче мертвеца смраднейший и гнуснейший”, что он “разумом растлен и скотен умом”…» Оригинален был самодержец «не идеями и политической программой, а своими субъективными свойствами, своею личностью. При решении поставленных… вопросов внешней политики и внутренних отношений слишком много страсти, слишком много опрометчивости проявил Иван IV, совсем не похожий на своих предшественников» (3).

(3) Фирсов Н. Н. Иван IV // Энциклопедический словарь т-ва «Бр. А. и И. Гранат и Ко». М., [б. г.]. Т. 21. Кол. 405, 410, 411.

АНГЕЛ ГРОЗНЫЙ

Небезынтересно отметить влияние психопатологических переживаний Ивана Грозного и на его литературное творчество. «Он написал канон “Ангелу Грозному”, т. е. архангелу Михаилу, считавшемуся в Древней Руси ангелом смерти. В этом не публиковавшемся ранее каноне Ивана Грозного сказался его жесточайший страх смерти, страх преследования со стороны реальных и мнимых врагов» (4).

(4) Лихачев Д. С. Новое в древнерусской литературе // Наука и человечество 1976: Международный ежегодник. М., 1975. С. 51.

По мнению некоторых историков, не сохранилось ни одного подлинного документа, относящегося к этой исторической эпохе, и все имеющиеся биографические материалы составлены на основании поздних списков и сомнительных копий, изготовленных не ранее XVII века. Тем не менее существуют многочисленные труды ученых, проливающих свет на эти суровые времена.

Если основываться на опубликованных психопатологических данных, то можно предположить, что грозный царь Иван на самом деле страдал смешанным расстройством личности, к которому со временем присоединилось бредовое расстройство. Бред по своей сути является нарушением процесса мышления, и это обстоятельство не может не сказаться на качестве принимаемых человеком решений. Неоспоримо, что позитивные стороны деятельности Ивана Грозного могли вполне сочетаться с его психическими нарушениями, что подтверждает феномен «безумных граней таланта».

Мнение эксперта

Действительно ли Иван Грозный болел сифилисом?

На эту тему отвечает доктор, длительное время изучающий историю сифилиса в России со времен Великого Московского княжества до 1920-х годов, Валерий Новоселов.

Как известно, в 1963-м году были эксгумированы останки Ивана IV (1530–1584) и его сына. При этом проведенный анализ показал высокое содержание ртути в останках, и попадание данного тяжелого металла было еще прижизненным. На это указывает тот факт, что двое бояр, захороненных рядом с царем и его сыном в то же время, не имели такого содержания ртути1.

На основании исторических документов2 можно предположить появление сифилиса на территории современной России в конце царствования Ивана III. «Великий князь Иван Васильевич послал в Литву к своей дочери великой княгине Елене, супруга Александра, 30 мая 1499 года, сына боярина Мамонова, по делу об истребовании от великой княгини перемены религии. Вместе с прочими поручениями, посол получил приказание осведомиться в Вязьме, не болеет ли кто в Смоленске новой болезнью, которая сопровождается страданиями кожи и называется французскою болезнью, а также правда ли, что эта болезнь занесена туда из Вильны»2.

Как полагает доктор В. Новоселов, Иван Грозный болел нейросифилисом в форме прогрессивного паралича. И «поздний сифилитический психоз»3 мог быть одной из причин создания института опричнины.