Судебно психиатрическое значение эпилепсии
Эпилепсия — хроническое психическое заболевание, проявляющееся в судорожных припадках и психических нарушениях.
Термин «эпилепсия» введен врачом Авиценной в XI в. До него эту болезнь называли «падучей» из-за того, что в момент припадка больные теряли сознание и падали. Также ее называли «священной», «лунной» (из-за снохождения — лунатизма).
Клиника эпилептической болезни очень разнообразна, ее проявления можно разделить на три группы состояний:
- 1) кратковременные судорожные и бессудорожные параксиз- мальные состояния;
- 2) острые и затяжные психозы;
- 3) изменения личности и слабоумие.
Заболевание протекает в форме припадков, которые при эпилепсии бывают большими и малыми.
При большом эпилептическом припадке за несколько часов или суток возникают предвестники припадка — беспокойство, раздражительность, ощущение подергивания отдельных мышц лица и тела. Могут быть сердцебиение, чувство тяжести в голове, светобоязнь, ухудшение слуха, обоняния и вкуса.
Примерно у половины больных эпилепсией перед припадком возникает аура (греч. aura — дуновение). Аура бывает различной. Могут возникать различные ощущения в органах чувств — сенсорная аура. Например, при зрительной ауре возникают вспышки света или предметы становятся необычайно ярко окрашенными, при слуховой больные слышат звуки, которых на самом деле нет. Длится аура несколько секунд. Обычно опытные больные уже знают, что за ней последует припадок, и могут даже подавить его развитие, нанося себе резкие болевые раздражения, сильно напрягая все мышцы тела, глубоко вдохнув и задержав дыхание.
После ауры возникает тоническая фаза эпилептического припадка, которая проявляется резким напряжением всей мускулатуры. Больной может издавать характерный крик из-за выталкивания воздуха через судорожно суженную голосовую щель. Во время припадка больной падает на пол, землю, предметы, чаще всего лицом вперед. Во время припадка возможны переломы, вывихи и ушибы. Обычно глаза у него открыты, зрачки расширены, дыхание останавливается, возникают синюшность лица и кожных покровов, непроизвольное мочеиспускание.
Тоническая фаза продолжается около 30 с. Затем наступает фаза клонических судорог. Происходят судорожные сокращения попеременно то сгибательной, то разгибательной мускулатуры туловища, рук и ног. Дыхание хриплое, клокочущее, синюшность постепенно проходит. Глаза больного закатываются. Возникает прикус языка и слизистой оболочки рта, из-за этого на губах появляется кровавая пена. Через 1—2 м судороги ослабевают, а затем проходят.
Постприпадочное состояние длится, как правило, от нескольких минут до 1—2 ч. Взгляд больного блуждающий, сознание неясное, он плохо осознает окружающее, речь бессвязная, затем наступает сон, но некоторые больные после припадка могут встать.
Когда припадки следуют один за другим и в промежутках между ними больной не приходит в сознание, развивается опасное состояние, которое называется эпилептическим статусом.
Малые припадки — это кратковременная, не более 10 с, потеря сознания, при этом могут возникнуть незначительные судорожные расстройства. Больной при этом не падает, и окружающие могут даже не заметить припадка.
Разновидностью малого припадка является абсанс (от французского слова «отсутствие»). Больной на несколько секунд как бы выключается, замолкает или невнятно бормочет, а потом продолжает прерванный разговор.
Вместе с тем необходимо отграничивать эпилептические припадки от истерических, которые возникают обычно после волнения чаще всего на людях, в присутствии зрителей, с элементами демонстративности. Судороги при истерическом припадке не имеют той последовательности, которая бывает при эпилепсии (сначала тонические, затем клонические). Истерические припадки очень продолжительны, но прикуса языка, пены изо рта и непроизвольного мочеиспускания не наблюдается, кроме того, зрачки реагируют на свет, сознание нарушается не глубоко, и под влиянием внешнего воздействия припадок может прекратиться. В редких случаях у одного и того же лица могут наблюдаться как эпилептические, так и истерические припадки.
Припадки бывают и при так называемой симптоматической эпилепсии, которая является следствием травм, опухолей, сифилитических, алкогольных и наркотических поражений мозга. Ведь судорожный припадок — это реакция мозга на различные раздражители (интоксикации). Особенно легко такая реакция может возникать у детей при высокой температуре в связи с инфекционным заболеванием, при наличии глистов в кишечнике и т.д. Подобные судорожные припадки у детей, называемые «фебрильными», далеко не всегда приводят к развитию эпилепсии.
Психические нарушения при эпилепсии могут быть в виде психических эквивалентов, которые являются как бы заменой припадков, а также в виде постепенно нарастающих хронических изменений психической деятельности — изменений личности больного, его характера и интеллекта.
Дисфория — тоскливо-злобное настроение, возникающее без всякой причины. Больной мрачен, угрюм, всем недоволен, может быть агрессивен. Дисфория может длиться несколько часов или дней и заканчивается так же внезапно, как и возникла. В период дисфории может возникнуть неудержимое влечение к алкоголю — дипсомания, периодический запой.
Сумеречное расстройство сознания — нарушение сознания, при котором окружающее воспринимается в искаженном виде. Появляются страх, злоба, агрессивность, стремление куда-то бежать. Возникают бред и галлюцинации. Из-за этих переживаний больные могут совершить общественно опасные деяния, вплоть до убийства.
Амнезия на весь период сумеречного состояния сознания характерна для этого тяжелого нарушения. Она наблюдается и при других психических эквивалентах по выходе из состояния нарушенного сознания.
Амбулаторный автоматизм сопровождается сумеречным расстройством сознания, но внешне поведение больного может выглядеть целенаправленным и упорядоченным, и окружающие могут ничего не заметить. Поведение и поступки больного носят автоматизированный характер и сосредоточены на определенном круге явлений. В таком состоянии больной способен совершать длительные путешествия: покупает билет и садится в поезд, а приехав в другой город и очнувшись, не понимает, как туда попал.
Сомнамбулизм (снохождение, лунатизм) чаще всего бывает у детей и подростков и рассматривается как эквивалент припадка. Больные ночью встают, ходят, могут выйти на балкон, пройти по карнизу, взобраться на крышу. Потом они возвращаются в постель или засыпают на улице, проснувшись, ничего не помнят.
Хронические психические нарушения проявляются в виде нарушений характера, нарушений процесса мышления и развития эпилептического слабоумия.
При длительном течении заболевания у больных появляются ранее не свойственные им черты, формируется так называемый эпилептический характер, которому присуща тугоподвижность, инертность всех психических процессов, прежде всего эмоций и мышления.
При длительном течении заболевания развивается эпилептическое слабоумие.
Судебно-психиатрическая оценка психических нарушений, свойственных эпилептической болезни, сложна. Давая судебнопсихиатрическую оценку эпилепсии, ее симптоматике и возможным поступкам лиц, страдающих этим заболеванием, а также анализу актов судебно-психиатрической экспертизы, необходимо сделать следующие выводы:
- • экспертиза во многом определяется глубиной имеющихся изменений личности больных эпилепсией;
- • признаются невменяемыми больные эпилепсией за деяния, совершенные при судорожном или бессудорожном приступе, в состоянии психоза, сумеречном помрачении сознания, тяжелой дисфории, выраженной эпилептической деградации личности и слабоумии;
- • признаются вменяемыми больные эпилепсией в отношении инкриминируемых деяний, совершенных в состоянии ремиссии, вне приступа, при отсутствии грубых расстройств психической деятельности;
- • при затруднениях в решении вопроса уголовной ответственности за те или иные действия (поджоги, транспортные аварии) больных эпилепсией необходимо направлять на стационарную судебно-психиатрическую экспертизу для уточнения выраженности психических нарушений и их возможности осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими;
- • среди правонарушителей увеличивается число случаев симуляции эпилепсии здоровыми лицами и аггравации (преувеличения болезненных симптомов) эпилептических судорожных припадков больными эпилепсией.
Источник
Судебно-психиатрическая оценка эпилепсии определяется значительной распространённостью этого заболевания среди населения (например, в России 1-5 случаев на 1000 населения), а главное – особой тяжестью правонарушений (преимущественно против личности), совершаемых больными в различных патологических состояниях, а также трудностью клинической и экспертной оценки ряда эпилептических расстройств.
Установление диагноза эпилепсии не предопределяет однозначного экспертного решения (один и тот же больной в межприступном периоде может быть признан вменяемым применительно к ООД и невменяемым при приступе заболевания). Наиболее трудны для практики СПЭ случаи скоропреходящих эпилептических расстройств, нередко обуславливающих ООД. Трудность состоит в необходимости ретроспективного воспроизведения клинической картины состояния при совершении противоправного события. Основную роль здесь играют показания свидетелей и первоначальные показания обвиняемого, данные им вскоре после содеянного. Эксперту важно оценить материалы дела (поведение больного, его внешний вид, речевая продукция).
Криминальные действия, совершённые в сумеречном состоянии, имеют ряд особенностей:
· внезапность;
· безмотивность;
· отсутствие умысла;
· отсутствие мер предосторожности и стремления к сокрытию следов преступления;
· часто невероятная и бессмысленная жестокость;
· нанесение жертве множественных тяжелейших ранений;
· бесцельное изуродование и расчленение трупа.
Представляются важными дополнительные данные о возникновении припадка на отрезке времени, близком к правонарушению, резком изменении состояния, «странном» внешнем виде больного (рассеянный взгляд, замедленность движений, немотивированное возбуждение), глубоком сне после правонарушения (больной иногда засыпает рядом с жертвой).
Важно помнить, что сумеречное расстройство сознания может протекать в разных вариантах. Например, при небольшой глубине изменения сознания они способны к грубой ориентировке и поверхностному контакту с окружающими, их болезненные переживания имеют «эмоциональную окраску». Иногда такие больные в сумеречном сознании проявляют агрессию против лиц, с которыми ранее были в конфликте. Или, сознание может становиться сумеречным периодами, а периодами «просветляться», поэтому одни свидетели могут видеть странности поведения, а другие – нет.
Амнезия при СПЭ больных эпилепсией является лишь дополнительным критерием оценки подэкспертных, в сопоставлении с остальными данными. Почему? Часто ссылка на забывчивость ими используется в защитных целях. Вместе с тем, надо знать, что существует запаздывающая (ретардированная) амнезия (на первых допросах подэкспертный говорит о бывших у него болезненных расстройствах, на последующих – не помнит не только о них, но и о самих допросах!). Или наоборот, вначале он ничего не помнит о содеянном, потом при прояснении сознания, начинает что-то припоминать (такое возможно, но эти воспоминания не могут быть основанием, мешающим признать его невменяемым в период совершения ООД). В отношении деяний, совершённых в сумеречном помрачении сознания, больные невменяемы. Поясним сказанное на примере:
Обследуемый Ш., 35 лет, разнорабочий, обвиняется в убийстве тёщи и тестя и нанесении телесных повреждений жене.
Из анамнеза: С 11 лет Ш. страдает большими судорожными припадками, возникающими ежемесячно, иногда по нескольку раз в день. За 4 года до совершения правонарушения Ш. помещали в психиатрическую больницу в связи с неправильным поведением после припадков: бесцельно бегал, пытался совершить половой акт с коровой, говорил, что пища отравлена, что правление колхоза собралось, чтобы его отравить, залезал на крышу и кричал: «Спасайте!».
Указанные состояния врачи оценивали как сумеречные. Последние 2 года Ш. злоупотреблял алкоголем; стал более раздражительным, возбудимым. В состоянии опьянения бывал особенно придирчивым и назойливым, в связи с чем родственники его часто связывали. Впоследствии о своём поведении не помнил.
В день правонарушения в 9.00 утра выпил 200,0 г. вина, работал по хозяйству. В 14.00 за обедом выпил ещё 100,0 г. вина, некоторое время спокойно разговаривал, затем вдруг помрачнел, начал придираться к жене. После замечания тёщи о его пьянстве бросил в неё тарелку, начал браниться, разорвал платье на жене. Родственники его связали и уложили в летней кухне. Он успокоился и уснул. Около 17.00 Ш. самостоятельно развязал опутывавшие его верёвки, порезал ножом перину и подушку. Вскоре в кухню вошла жена. Неожиданно Ш. молча нанёс её 2 удара ножом в спину и шею и выбежал вслед за ней из кухни. На улице подбежал к тёще, несколько раз ударил её ножом, та упала. На подбежавшего к нему соседа Ш. тоже замахнулся ножом.
На обращение к нему и попытку успокоить Ш. не реагировал; «вид у него был страшный». Соседу удалось отобрать у него нож. Тогда Ш. побежал домой, схватил в летней кухне другой нож и быстрыми шагами направился в соседний дом. Здесь спросил, где его жена, и опять побежал на улицу. Там подбежал к лежавшей на земле раненой тёще и, несмотря на её мольбы не убивать её, нанёс ещё несколько ударов ножом. Оказавшегося рядом тестя тоже ударил несколько раз ножом в грудь и живот, а когда тот упал, перевернул его вверх лицом и перерезал ему шею. Затем, сидя на трупе, продолжал наносить ему удары. Ш. едва оторвали от убитого и отобрали нож. Ш. вернулся к себе во двор, лёг вниз лицом на кучу мусора и уснул. Через 50 минут после приезда участкового инспектора Ш. разбудили и назвали по имени. Он вскочил и бросился на инспектора. Взгляд у Ш. был блуждающий, его связали. По пути в отделение милиции Ш. молчал. В отделении милиции «как-то дико и удивлённо смотрел», не понимал, где находится. На расспросы отвечал: «Я ничего не знаю». О случившемся не помнил.
Заключение: Ш. страдает эпилепсией. Противоправные действия им были совершены в состоянии сумеречного помрачения сознания. Невменяем.
Правонарушения, совершаемые в состоянии дисфории (злобно-гневливом настроении) больными эпилепсией менее часты. Эксперту важны сведения о безмотивном, внезапном изменении настроения больного и наличии подобных состояний ранее. Иногда сами подэкспертные вносят путаницу, связывая внезапное изменение настроения с внешним фактором. Судебно-психиатрическая оценка дисфории при эпилепсии зависит от её глубины. Включение в признаки болезни бредовых переживаний, нарушение сознания на высоте дисфории ведут к признанию таких больных невменяемыми.
ООД, хотя и реже, возможны во время малых припадков, а также других кратковременных эпилептических расстройств (абсанс, амбулаторные автоматизмы и другие). В судебно-психиатрической практике это обычно транспортные аварии (наезды), поджоги, акты эксгибиционизма (обнажение половых органов в присутствии других лиц или в общественных местах) и др. В этих случаях больных признают невменяемыми. Приведём следующий пример:
Обследуемый И., 30 лет, шофёр такси, обвиняется в совершении наезда на двух пешеходов.
Из анамнеза: За 2 года до этого во время ночного сна эпизодически начали возникать большие судорожные припадки, по поводу которых не лечился. В ночь перед правонарушением был развёрнутый припадок, сопровождавшийся прикусом языка. Утром И. приступил к работе. Через 15 минут после выезда на знакомую трассу в неосложнённой обстановке без помех на дороге заехал на середину улицы и, следуя по осевой линии с неизменной скоростью 50-60 км/час, не тормозя, сбил гражданку, которую, по показаниям свидетелей, легко можно было объехать. Проехав также по прямой ещё 400 метров и продолжая движение при красном свете светофора, И. совершил на пешеходном переходе наезд на вторую женщину, после чего продолжал двигаться с прежней скоростью вблизи осевой линии И. чуть не столкнулся на перекрёстке с троллейбусом, водитель которого был вынужден резко затормозить.
Вскоре И. остановил машину по знаку инспектора ГАИ. Выйдя из машины, он, по показаниям свидетелей, был каким-то странным и растерянным, не мог объяснить причину повреждений на своей машине, был бледен. Спустя 2 часа при медицинском совидетельствовании у И. на языке были обнаружены следы недавнего прикуса. И. был заторможен, вял, жаловался на головную боль, говорил тихо, замедленно, без модуляций. Проба на алкоголь отрицательная. При осмотре врачом и на последующих повторных допросах в тот же день не помнил о содеянном.
При обследовании не помнил не только о совершённых наездах, но и о последующих событиях в день правонарушения: сомотре врачом, повторном допросе следователем. О состоянии изменённого сознания в моменты наездов свидетельствовала и оглушённость, наблюдавшаяся в течение нескольких часов после правонарушения. Это подтверждается фрагментарностью воспоминаний о событиях, последовавших за правонарушением.
Заключение: И. страдает эпилепсией. Противоправные действия им были совершены в состоянии амбулаторного автоматизма с нарушением сознания (отсутствие реакции на дорожную обстановку) при сохранности автоматизированных действий (удерживал руль в одном положении). Невменяем.
Лица с острыми, затяжными и хроническими эпилептическими психозами должны признаваться невменяемыми, но нередко возникают трудности в распознавании этих состояний. Например, когда к моменту СПЭ бред может поблекнуть, потерять свою актуальность…
Если ООД совершено в межприступный период эпилепсии, то вменяемость зависит от глубины имеющихся изменений личности больного. При выраженной эпилептической деградации, слабоумии больных признают невменяемыми. Также решается вопрос о дееспособности и способности давать свидетельские показания. Если существуют трудности с принятием решения СПЭ в отношении больного эпилепсией, имеющего дефект личности и совершившего ООД, то решающее значение играют интеллектуальные расстройства и нарушение критических способностей.
Обследуемый Б., 38 лет, обвиняется в совершении хулиганских действий.
Из анамнеза: С ранних лет у Б. по нескольку раз в год наблюдались состояния изменённого сознания: во время беседы иногда «начинал произносить не те слова», несколько раз оказывался в неожиданном для себя месте. Большие судорожные припадки появились в возрасте 32 лет, возникали обычно по ночам, 1 раз в несколько месяцев. Амбулаторно лечился противосудорожными средствами. Из-за болезни не женился, проживал вдвоём с матерью. Работал преподавателем математики в вечерней школе. За последние 6 лет сменил несколько мест работы, так как всюду замечал недружелюбное, по его мнению, отношение к себе.
По показаниям свидетелей, отличался замкнутостью, редко разговаривал с сослуживцами, праздничных вечеров не посещал, постоянно чего-то боялся. В класс Б. входил нерешительно; если получал зарплату в вечернее время, то оставлял её у завхоза. Несколько раз на работе вёл себя странно: начинал невнятно бормотать, смеяться без причины, пританцовывал, размахивал руками, взгляд был блуждающим.
Последний раз подобное состояние наблюдалось за 3 дня до правонарушения. В день правонарушения после незначительного проступка ученика внезапно сильно разволновался, начал кричать, браниться, обвинять учеников и администрацию в предвзятом к себе отношении, допустил бестактные, оскорбительные высказывания, в связи с чем был привлечён к уголовной ответственности. Дома рассказал матери, что на работе против него «опять организовали козни», хотят избавиться, специально придираются, восстанавливают против него учеников. Был направлен на стационарную СПЭ.
Заключение: Б. страдает эпилепсией с редкими судорожными припадками, эпизодами нарушенного сознания и нерезко выраженными изменениями личности. Противоправные действия совершены во вменяемом состоянии.
Часто истинный дефект личности больного эпилепсией «маскируется» усилением эпилептической симптоматики, редко – симулятивным поведением. Всегда следует применять длительное наблюдение и лечение (антисудорожные, нейролептические средства), обязательно в стационаре. Они, как правило, улучшают состояние больного и позволяют установить его истинный психический дефект. Решение СПЭ также должно учитывать данные материалов дела, медицинской документации, сведения о социально-трудовой адаптации, способности ориентироваться в сложных ситуациях и защищать свои интересы.
Прогрессирующее течение эпилепсии, устойчивость её к лечению служат дополнительными факторами для признания больного невменяемым или направления его на принудительное лечение.
В психиатрических больницах специального типа с усиленным наблюдением лечат больных с частыми сумеречными состояниями, тяжёлыми дисфориями с агрессивными тенденциями, выраженной эпилептической деградацией личности в сочетании со значительными аффективными нарушениями.
В психиатрических больницах с обычным содержанием лечат больных при совершении нетяжёлого противоправного действия в кратковременном пароксизме, при редких припадках и незначительных изменениях личности.
Больные без выраженных изменений психики признаются вменяемыми в отношении правонарушений, совершённых вне приступов. Им обычно назначается амбулаторное противоэпилептическое лечение, в том числе, и в ИУ МВД Республики Беларусь.
Таким образом, судебно-психиатрическая оценка больных эпилепсией неоднозначна и, как правило, определяется глубиной поражения психики и имеющихся изменений личности. Если в период совершения правонарушения (например, ДТП) у больного отмечался любой вариант судорожного припадка, такие лица в отношении содеянного признаются невменяемыми.
Лекция №5: «Биполярное расстройство и олигофрения в аспекте судебной психиатрии».
Вопросы:
1. Биполярное расстройство (МДП), основные клинические варианаты течения.
2.Судебно-психиатрическая оценка биполярного расстройства.
3. Олигофрения как психическое расстройство, причины возникновения и клинические проявления.
4. Судебно-психиатрическая оценка олигофрении.
Источник