Вспышка сибирской язвы в бишкеке

Напомним: в конце июля семеро забойщиков скота, работавших в Тюкалинском районе, попали в больницу с подозрением на сибирскую язву. У двоих диагноз подтвердился, один человек умер (см. серию публикаций «Сибирская язва в Омске»).

Выяснилось, что Айтенов, владелец фермы, где заразились люди, долгое время пытался скрыть падеж скота, начавшийся в середине июля, и при этом продолжал сдавать мясо на переработку в компанию «Дарина».

Причем делал это со всеми положенными печатями и подписями от ветеринаров. Как выяснила прокуратура, документы фермеру выдавали без предварительного осмотра скота, отправленного на убой.

По этому поводу главному ветврачу области даже выдали предписание о нарушении ветеринарного законодательства. Если в отношении тюкалинских ветеринаров дело ограничилось лишь административным взысканием, то в отношении компании «Дарина» было проведено расследование и принято судебное решение о приостановлении деятельности на 30 дней.

Сейчас предприятие и Роспотребнадзор ведут войну в суде. Причем у обеих сторон имеются результаты исследований продукции на сибирскую язву. Только у компании «Дарина» они отрицательные, а у Роспотребнадзора положительные.

Вчера обе стороны провели пресс-конференции, где изложили свое видение ситуации. Естественно, противоречащее мнению друг друга.

Управление Роспотребнадзора: «Если бы следы сибирской язвы были даже в одной пробе — продукция опасна!»

Главный санитарный врач области Александр Крига считает, что лошади из хозяйства Айтенова заразились опасной болезнью из скотомогильника павших лошадей, которые были захоронены в Тюкалинском районе. Из-за засухи территорию пастбищ расширили и животные паслись в тех местах, где раньше были захоронения больной скотины.

— В пробах пельменей «Дарины», взятых в Ханты-Мансийском округе, Ставрополе и Твери, была найдена ДНК сибирской язвы, — рассказал Александр Крига. — Поэтому мы настаиваем на уничтожении всей партии товара в 195 тонн, произведенного в компании с 13 июля по 6 августа.

Руководитель регионального Роспотребнадзора не удивлен, что в некоторых исследованиях сибирская язва не обнаружена. По его мнению, даже если бы одна проба показала положительный результат — продукцию следует изъять из продажи.

Также руководитель Роспотребнадзора объяснил, почему они потребовали на месяц закрыть все предприятие:

— На «Дарине» нарушались санитарные правила — лабораторные исследования проводились с недостаточной периодичностью. Кстати, помимо пельменей, на одной и той же производственной линии изготавливали блинчики с мясом и беляши.

Компания «Дарина»: «Следы ДНК сибирской язвы в мясе — последствия прививок!»

— У нас на руках есть официальный ответ Главного управления ветеринарии Омской области о том, что ни в одной из проб нашей продукции сибирской язвы не обнаружено, — рассказала маркетолог компании Анастасия Тиунова. — Кроме того, при исследовании смывов с оборудования тоже получен отрицательный результат.

Также в письме от Главного управления ветеринарии сообщается, что следов сибирской язвы не обнаружено и в двух тушах, которые поступили на «Дарину» из хозяйства фермера Айтенова. А сами туши, как следует из письма, были приняты по документам, выданным тюкалинскими ветеринарами.

— Мясо с этой фермы сдавалось не только на наше предприятие, — заявили представители компании. — Айтенов продавал его, например, на Казачий рынок. Непонятно, почему Роспотребнадзор взялся именно за «Дарину»? То, что лабораторные исследования, проведенные в ведомствах, зависимых от Роспотребнадзора, показали наличие в продукции следов ДНК сибирской язвы — еще ничего не значит. Во-первых, нет экспертного заключения об опасности или безопасности продукции по результатам этих исследований. А следы ДНК сибирской язвы в мясе могут быть результатом прививок животных от этой болезни!

Начать работу «Дарина» сможет в этот понедельник. По словам юриста компании Елены Новицкой, ущерб, который понесло предприятие, еще до конца не оценен.

— Мы сейчас занимаемся подсчетом убытков и готовим встречный иск к Роспотребнадзору, — сообщила она.

В апреле 1979 года жители Екатеринбурга начали умирать от непонятной болезни. Кошмар длился два с половиной месяца, а закончился тем, что Америка обвинила Советский Союз в разработке бактериологического оружия…

ВЫБРОСА СПОР НЕ МОГЛО ПРОИЗОЙТИ

В Екатеринбурге полным ходом идет подготовка к беспрецедентному судебному процессу. 700 уральцев требуют возместить ущерб, причиненный им эпидемией сибирской язвы 1979 года. В позапрошлом десятилетии первый президент России Борис Ельцин обещал им помощь государства, но денег люди так и не увидели, поэтому теперь они возлагают большие надежды на служителей Фемиды.

– Накануне вместе с адвокатами написали заявление в суд, – рассказала Раиса Смирнова, инициатор процесса. – В апреле 1979-го я работала на Керамическом заводе в отделе снабжения. И меня прямо оттуда на «скорой» в больницу отвезли. Сибирская язва подорвала мое здоровье на всю оставшуюся жизнь, а советские власти не заплатили нам за тот ад ни копейки. Если нам не дадут надбавку к пенсии, то пусть хотя бы выплатят компенсацию морального вреда. Как минимум по миллиону рублей. Скоро отдадим заявление в суд. Если там откажутся рассматривать, то обратимся в высшую инстанцию, дойдем даже до международного уровня.

Однако перед истцами встает и другая проблема. До сих пор точно неизвестно, как в 1979-м году зараза попала в Свердловск. Мы уже рассказывали версии про скот с ослабленным иммунитетом и халатность работников секретной лаборатории 19-го военного городка. На очереди еще одна версия, которой с «Комсомолкой» поделился кандидат биологических наук Михаил Супотницкий. Согласно ей, уральский город пережил биологическую диверсию.

– В 1979-м году я работал младшим научным сотрудником в 19-м военном городке, – рассказывает Михаил Васильевич. – Там вообще не могло быть никакого выброса в принципе!

Напомним вкратце версию о выбросе. В конце марта 1979 года, когда работы со спорами сибирской язвы временно прекратились, один из работников лаборатории снял загрязненный фильтр, защищавший окружающую среду от опасных веществ. Следующая смена не знала об этом и несколько часов проработала с сибирской язвой, даже не догадываясь, что потоком воздуха споры уносит прямо в город. Порывами ветра смертельное облако отнесло к югу и юго-востоку, после чего начали умирать жители соседнего 32-го военного городка и работники Керамического завода.

– Да как можно убрать фильтры? Они же двух — трехкаскадные и вмонтированы в инженерные системы, — объясняет Михаил Супотницкий. — Даже на случай, если фильтр порвался, там стояли еще два фильтра. Представьте, какой силы воздушный поток идет через них. Он что, на 50 километров может что-то распространить? Распределение сибирской язвы не соответствует тому, что случилось. Чем ближе к источнику выброса, тем поражение должно было быть больше, а в 19-м городке, откуда якобы произошел выброс, никто не заболел.

ЗАРАЖАЛИ МЯСО И РАССЫПАЛИ ПОРОШОК

Первый больной скончался 9 апреля 1979 года. Это был прапорщик 32-го военного городка Иван Ритнев. За пять дней до гибели он отправился чистить снег с крыши гаража, расположенного рядом с забором, разделявшим его часть и 19-й городок. На следующий день у него начался сильный жар. После этого эпидемия разрасталась в геометрической прогрессии. К концу апреля количество смертей пошло на спад, однако следом прошел ленинский субботник, и отравленная спорами пыль снова поднялась в воздух. Люди опять начали умирать. Все закончилось лишь 12 июня. Однако такого, уверяет Михаил Васильевич, просто не могло быть.

– Инкубационный период сибирской язвы при ингаляционном заражении (через дыхательные пути) – 4-5 суток. А эпидемия тянулась 70 суток! – поясняет ученый. – Сибирской язвой вообще заразить очень трудно. На одного человека надо не менее 40 тысяч спор. Это самый неудачный агент биологического оружия. Нет ничего, что могло бы свидетельствовать о выбросе из 19-го военного городка. Аэрозоль такой концентрации просто невозможно создать.

Во время эпидемии в Екатеринбурге тут и там встречались плакаты с изображением коровы и надписью: «Сибирская язва!». В газетах публиковались статьи, призывавшие горожан внимательнее относиться к покупке мяса на рынке. Каждую ночь по району, пострадавшему от заразы, ходили бригады химиков, смывавшие с улиц ядовитые споры. С дороги снимали асфальт. Власти винили во всем мясо, но население им не верило. Однако по новой версии выходит, что городское руководство как раз делало все правильно.

– В Свердловске было многократное заражение в разных частях города, – рассказывает Михаил Васильевич. – Если это была ингаляционная сибирская язва, значит, кто-то на протяжении двух месяцев рассыпал порошок. Если это была кишечная сибирская язва, значит, заразили корма, накормили ими коров, а их мясо потом без ветеринарного контроля продавали в городе. И как только появились первые случаи заболевания, организовали информационную атаку и создали вот этот миф про выброс.

ЯЗВУ ИСПОЛЬЗОВАЛИ ДЛЯ ДАВЛЕНИЯ НА СССР

О выбросе сибирской язвы радио «Голос Америки» сообщило уже 5 апреля. До сих пор люди гадают, как журналисты, находившиеся в Вашингтоне, так быстро узнали о трагедии за железным занавесом. Новая версия объясняет этот момент.

– Кому было выгодно заразить Свердловск сибирской язвой? Я думаю, что геополитическим противникам СССР. То есть США, – уверен Михаил Супотницкий. – После эпидемии был ликвидирован Свердловск-19 (Центр военно-технических проблем бактериологической защиты, располагавшийся на территории 19-го военного городка). Там был создан ряд серьезных вакцин, в том числе комбинированная сибиреязвенная вакцина, однократное использование которой делало невозможным заражение сибирской язвой в принципе. Им (США) надо было уничтожить нашу систему противобиологической защиты. Вот сибирскую язву и использовали для информационного давления на СССР.

«Комсомольская правда» продолжит рассказывать об этом ЧП. Если вы или ваши родственники пострадали в 1979 году от эпидемии сибирской язвы, напишите нам на электронный адрес kp.ekb@phkp.ru или звоните по телефону 8 (343) 379-27-72. Кроме того, присылайте нам архивные фотографии того времени. Мы обязательно опубликуем их на сайте и в газете.

Свердловская область стоит на пороге беспрецедентного судебного процесса. Жители Екатеринбурга собираются судиться с учеными и чиновниками из-за эпидемии сибирской язвы, разразившейся на юге города 36 лет назад.

— В апреле 1979 года я работала товароведом на Керамическом заводе. 9 апреля прямо в цеху у меня неожиданно поднялась температура до 42 градусов, посинели ноги, начался сильный кашель, – вспоминает одна из пострадавших Раиса Смирнова. – Я потеряла сознание, а пришла в себя уже в 40-й больнице, в двухместной палате. Напротив была дверь процедурного кабинета, из которого до меня донесся разговор медицинского персонала о том, что если не привезут некую вакцину, то меня спасти будет невозможно. Позже я выяснила, что меня положили в специально выделенное здание для людей, больных сибирской язвой.

Напомним, люди умирали несколько месяцев. Пока чиновники обвиняли во всем зараженное мясо, попавшее на рынки, горожане старались лишний раз не выходить на улицу и винили во всем западных диверсантов. Шепотом высказывалась и версия о том, что облако спор вырвалось из 19-го военного городка, где испытывали биологическое оружие.

Вторая версия и оказалась верной. По информации экс-сотрудников Свердловска-19, один из работников лаборатории снял загрязненный фильтр, предотвращавший выброс спор в окружающую среду. Он оставил об этом записку, но не сделал запись в журнале. И следующая смена, не обратив внимания на клочок бумаги, спокойно продолжила работу. В результате облако спор сибирской язвы накрыло целый район.

— Когда из 19-го городка шло облако, споры из него засосало в вентиляцию завода, на котором я работала. Так я и заразилась, – уверяет Раиса Сергеевна. – Люди падали и умирали, как мухи. По дорогам на улице их собирали. По ночам зараженный район обрабатывали бригады химиков. В больнице, где я лежала, больных «сибирской язвой», не имеющих шансов выжить, клали на первом этаже, на втором – больных с тяжелой формой заболевания, а на третьем – тех, кого зараза задела не сильно. Именно на третьем этаже я и провела около месяца. Позже ко мне пришли два сотрудника КГБ в штатском и потребовали подписать документы о неразглашении, чтобы я никому не рассказывала о том, чем болела.

Версию о выбросе, кстати, в 1992-м году косвенно подтвердил Борис Ельцин в интервью «Комсомольской правде», ведь именно он в год эпидемии руководил Свердловской областью:

«Когда случилась вспышка сибирской язвы, в официальном заключении говорилось, что это какая-то собака привезла, — рассказывал первый президент РФ в интервью «КП» 27 мая 1992 года. — Хотя позже КГБ все-таки признал, что причиной были наши военные разработки. Андропов позвонил Устинову и приказал ликвидировать эти производства полностью…»

Тогда же Борис Николаевич подписал закон «Об улучшении пенсионного обеспечения семей граждан, умерших вследствие заболевания сибирской язвой в городе Свердловске в 1979 году». Однако этих денег так никто и не увидел. Теперь, чтобы получить возмещение ущерба, жители Екатеринбурга намерены судиться.

3 февраля в Чкаловский районный суд города поступило первое исковое заявление.

– Я подаю в суд на Центр военно-технических проблем бактериологической защиты НИИ микробиологии, который сейчас работает в 19-м городке, также в иске фигурирует Министерство социальной защиты населения Свердловской области и Минздрав, – рассказывает Раиса Сергеевна. – Всего требую от них шесть миллионов рублей, как компенсацию морального вреда. На протяжении долгих лет, начиная с апреля 1979 года по настоящее время, я постоянно болею, часто приходится вызывать скорую. И все это – последствия сибирской язвы.

Кроме Раисы Смирновой подавать иск собираются еще 700 человек, пострадавших от эпидемии.

— Наша задача сейчас – создать прецедент. Если суд признает мои требования обоснованными, тогда будет подан и коллективный иск, — объясняет пенсионерка.

К слову, чтобы оплатить адвоката, Раиса Сергеевна взяла кредит в банке.